КОММЕНТАРИЙ

1. Цитата явно взята А.Т.Фоменко не из воспоминаний известного физика С.И.Вавилова, а из юбилейного сборника, посвященному 125 летию Н.А.Морозова [34, c.3]. К сожалению, в библиотеке физического факультета МГУ есть только издание воспоминаний Вавилова 1979-го года, в которой приведенная цитата не наблюдается. Из указателя в конце книги следует, что Вавилов вспоминает Морозова дважды. Отдавая дань его популяризаторскому таланту, о его химических достижениях, оглядываясь назад, он отзывается не очень лестно: "На 15-ом году я уже читал "Основы химии" Менделеева, конечно, через пень колоду, но читал. В 1905 году, когда появился Н.А.Морозов увлекался его химическими фантазиями. Ходил в Политехнический музей на заседания Об-ва люб[ителей] естествознания, на котором делал доклад Н.А.Морозов." [с.93] "Помню заседание О[бщест]ва с докладом Н.А.Морозова (вскоре после того, как его выпустили из Шлиссельбурга). Увлек он меня тогда чрезвычайно. Помню смерть Менделеева. Перед этим читал его "Попытку понимания мирового эфира", фантазию, вроде Морозовских." [c.101]

Оценка С.И.Вавиловым хронологические изыскания Н.А.Морозова в примечаниях в главе "Богословские и  исторические работы Ньютона и его религиозные воззрения" в книге, Исаак Ньютон, М., Наука, 1987 тоже однозначна: "В наше время не менее радикальная, но столь же неудачная, как и у Ньютона, попытка пересмотра хронологии была сделана Н.А.Морозовым в его обширном сочинении "Христос"".

2. Книги Н.А.Морозова по истории [41-43] отличаются той же особенностью, что и его работы в других областях - яркий популяризаторский стиль, полет фантазии, смелые аналогии и слабая доказательность.

3. В своих воспоминаниях [Н.А.Морозов, Повести моей жизни, М., Наука] Н.А.Морозова рассказывает лишь о своих совместных с некоторыми другими заключенными (Лукашевич, Янович, Вера Фигнер, Новорусский) естественными науками. Попытки астрономической датировки библейских пророчеств вряд ли можно назвать изучением истории.

4. Расформирован институт был лишь через 10 лет после смерти Н.А.Морозова. Соединение под одной крышей астрономических и биологических исследований выглядело довольно странно. "В 1926-1940 гг. из этого института выделился Государственный институт физической культуры им. П.Ф.Лесгафта, существующий и поныне. В 1947 г. Естественно-научный институт им. П.Ф.Лесгафта был передан в систему Академии педагогических наук РСФСР, а в декабре 1956 г. - в систему АН СССР, где он был расформирован. Различные отделения его были переданы Институту цитологии и Институту эволюционной морфологии им. А.Н.Северцова, а астрономическое отделение - Пулковской обсерватории. До 1981 г. там помещалось Ленинградское отделение Специальной астрономической обсерватории АН СССР." [В.А.Бронштэн]

5. Это утверждение неверно. Сотрудники Н.А.Морозова по институту им. П.Ф.Лесгафта, в особенности астрономы  - Н.И.Идельсон, М.А.Вильев, Д.О.Святский, Н.М.Штауде, не только не поддерживали его взглядов на историю, но в своих статьях по истории астрономии критиковали своего начальника и приводили конкретные факты, противоречащие этим взглядам. Заслуга Н.А.Морозова, как мне видится, состоит в том, что он стимулировал их внимание к вопросам истории астрономии и способствовал таким образом, появлению ряда интересных исследований.
См.
    Н.И.Идельсон, "История и астрономия". -- Мироведение, 1925, т.14, N2, c.153
    Н.И.Идельсон, Этюды по истории небесной механике, -- М., Наука, 1975.
    Д.О.Святский, "Астрономические явления в русских летописях с научно-критической точки зрения", -- C.-П., 1915 (см. основанную на книге Д.О.Святского страницу Астрономические явления в русских летописях)
    Д.О.Святский, "Очерки истории астрономии древней Руси", -- Историко-астрономические  исследования, вып.VII,VIII,IX   М., Физ-мат. лит., 1961, 1962, 1966.
    Д.О.Святский, "Небесное явление, наблюдавшееся в Риме перед смертью Коммода в 192 г. нашей эры." -- Известия научного института им. П.Ф.Лесгафта
    М.А.Вильев, "Канон русских затмений", в кн. Д.О.Святского "Астрономические явления в русских летописях с научно-критической точки зрения", -- C.-П., 1915
    М.А.Вильев, "Сравнение некоторых наблюдений Луны и планет, упоминаемых в древних и средневековых источниках, с их положениями определяемыми по современным таблицам их движения." -- Известия научного института им. П.Ф.Лесгафта, 1920.
    М.А.Вильев, "Изменение точности астрономических измерений в зависимости от постоянного прогресса техники и совершенствования всей системы астрономических знаний." -- Известия научного института им. П.Ф.Лесгафта.
    М.А.Вильев, "Астрономическое определение времени двух египетских гороскопов из Атриба." -- Известия научного института им. П.Ф.Лесгафта.

Все эти работы при написании своего многотомника Н.А.Морозов, впрочем, просто проигнорировал.

6. Почетным членом Академии наук Н.А.Морозов стал в 1932 года, а орденов Ленина у него было два. Советское правительство также присвоило ему звание Заслуженного деятеля науки [34, c.26]. Деятельность Н.А.Морозова пользовалась поддержкой Ленина и Сталина. По инициативе первого Морозову (уникальный случай) было возвращено его родовое имение Борок. Неоднократно встречался с Морозовым Сталин, и по воспоминаниям его дочери Светланы Аллилуевой (телеинтервью) у них в доме на книжной полке стояли все тома книги "Христос".

7. В библиотеке физического факультета МГУ есть забавная брошюра "Принцип относительности и абсолютное. Этюд из области волнообразного движения", написанная   великим ученым во всех областях - Н.А.Морозовым. Уже обложка весьма замечательна - личный автограф автора с дарственной "глубокоуважаемому и дорогому" наркому Луначарскому.

От этой надписи так и веет противостоянием с властями, не дающими ученому вести свои исследования и публиковать "Христа", на что неоднократно далее намекает А.Т.Фоменко, не так ли?

Содержание оказалось еще более интересным. Книжица, как можно догадаться, посвящена опровержению теории относительности и заодно, как я выяснил еще ряда физических эффектов и законов, в частности эффекта Допплера. О цели своей Морозов заявляет прямо в "Прологе": "Мне стало жалко прежнего "ясного света знанья" и я начал думать, нельзя ли как-нибудь спасти нашу физику и механику. Результатом этой попытки и явилось настоящее исследование. Насколько удалось оно мне, пусть судит сам читатель. Но мне не хотелось бы, чтоб кто-нибудь подумал при чтении моей книжки, что отвергая естественно-научную основу за принципом относительности Эйнштейна, я не считаю этого ученого за крупную величину в области отвлеченного мышления в том же смысле в каком я это мог бы сказать об Иоанне Богослове, Канте или Гартмане." Это, комплимент или издевательство?

Последуем совету Морозова и посудим как читатели.

Первый же абзац текста: "Прежде всего напомню основное положение или первый закон теории интерференции: интерферируют между собой только однородные ряды волн, исходящие из того-же самого центра волнения, т.е., в применении к свету, от той-же самой светящейся молекулы."

Этот закон Морозов конечно придумал сам, и физике он неизвестен, просто потому, что абсолютно неверен.

Через абзац: "Я здесь нарочно говорю: "миллионов", а не "тысяч", потому что наиболее медленный по своим колебаниям красный свет доставляет нам в секунду 375 биллионов колебаний, т.е. 375 тысяч колебаний в одну миллионную секунды"

Слегка просчитался народный академик - всего в тысячу раз. Частота видимого света составляет сотни  террагерц, то есть тогда уж 375 миллионов в одну миллионную секунды. Да и то маловато будет - такая частота соответстует длинне волны 0.8 микрон, а это уже не красный, а инфракрасный свет. Настоящий красный, например длина волны He-Ne лазера 0.63мкм - это 475ТГц.

Читаем чуть дальше, с.13. "А так как свет проходит 1 метр в 0,000'000'000'3 долю секунды ... " Опять арифметика подводит академика. Лишний нолик приписал. И это при том, что потом несколько раз повторяется, что скорость света 300000 км в секунду. Ну чего это я все к цифрам придираюсь? Может текст блещет гениальными физическими идеями? Увы, не блещет! После нескольких рассуждений, подобных нижеследующему читать далее  отпадает всякое желание (с. 20).

"Каждая отдельная нормальная волна, в том числе и световая, обязательно идет в своей среде в поперечном направлении к своей длине. Однако, ряд следующих друг за другом волн не может ли искривиться или скоситься? Другими словами: в световом луче (представляющем в сущности лишь оптическую фикцию, внушенную нам полосой отраженного лунного света от слегка волнующейся воды, или полосой пыли в комнате, в которую через отверстие врываются потоки солнечного света), всегда ли волны расположены перпендикулярно к направлению всего столба вроде -> ||||||| или в нем может быть и косое расположение волн (-> //////->)? Конечно, ни в коем случае! Это косое расположение сеячас же превратиться в прямое: волны повернутся перпендикулярно к длине своего столба, потому что их нижние (на нашей схеме) концы начнут обгонять верхние, так как путь вперед для них совершенно свободен, междуволнового давления нет, и они сейчас же начнут загибать себя дугой, придав столбу вид (->|->|->|->|->|->)."

Ну и дальше подобного же рода откровения про междуволновое давление, аналогия света со снарядом и ссылки на впечатления артиллеристов.

Я, к сожалению, на основании прочитанного не могу даже считать Н.А.Морозова "крупной величиной в области отвлеченного мышления в том же смысле в каком я это мог бы сказать об Иоанне Богослове".

Обратимся теперь к химическим достижениям Н.А.Морозова, где, как считается, его достижения были наиболее велики. Вот отклики о главном химическом труде Н.А.Морозова "Периодические системы строительства вещества" известного русского физ-химика Д.П.Коновалова и его не менее известного английского коллеги Д.П.Крукса.

"Автор сочинения обнаруживает большую эрудицию, знакомство с химической литературой и  необыкновенное трудолюбие. Задаваясь общими философскими вопросами, автор не останавливается  перед подробностями, кропотливо строит для разбора частностей весьма сложные схемы. Обращаясь к  вопросу о том, в какой мере путь, выбранный автором, и приемы, им применяемые, можно было бы  признать целесообразными, могу рекомендовать следующие соображения. Химия представляет область,  чрезвычайно заманчивую для абстрактной мысли: в недосягаемых глубинах материи полный простор для  построения гипотез о силах и воздействиях, могущих дать картину реальных наблюдаемых явлений. Такие  гипотезы могут всегда более или менее удачно воспроизводить наблюдаемые явления, как в свое время  теория флогистона давала многому удачные объяснения. Но история химии ясно показывает, где истинные  корни могущества этой отрасли. Пока химия была подавлена абстрактной стороной, она влачила жалкое  существование па рубеже колдовства и чародейства. Силу современной химии дала твердая рука Лавуазье,  сумевшего обуздать полет фантазии и подчинить извлеченные начала химии реальным наблюдаемым  свойствам вещества. С тех пор вес и непревращас-мость элементов сделались основными понятиями химии.  Все, что есть ценного в этой науке, построено на этих понятиях, все колоссальное здание современной  химии выросло па этой почве. Конечно, никому и теперь не возбраняется предполагать, что элементы  могут превращаться друг в друга, но опыты, беспощадные опыты, показывают, что во всех случаях, когда  дело как будто бы шло о превращениях элементов, была или ошибка, или обман. Достоинство  современной науки именно в том, что она не дорожит теориями, могущими лишь служить для успокоения  ума в качестве разгадки, якобы одной из тайн природы, а выбирает из них лишь такие, которые находятся в  согласии с действительными законами природы. Одна из тайн природы - химические элементы - не будет  разгадана тем, что мы построим гипотезу сложности того или иного вида как гипотезу сложности  элементов. Работа автора - удовлетворение естественной потребности мыслящего человека выйти из  пределов видимого горизонта, но значение ее чисто субъективное. Это удовлетворение собственного ума,  это личная атмосфера, ибо недостает еще проверки, нельзя было бы прийти к тем же выводам (как,  например, интересные соображения автора о кристаллизационной воде) обыденными средствами, не  прибегая к гипотезам, требующим такой радикальной реформы ходячих понятий. Работа в химии, на почве  чисто абстрактной, очень тягостна, так как простор мысли уже сильно стеснен обилиен имеющегося уже  фактического материала. После той большой работы мысли, которая затрачена автором на анализ  химических отношений с высоты, так сказать, птичьего полета, можно было бы ему посоветовать  остановить свое внимание на областях, более ограниченных, с тем, чтобы дать их законченную обработку.  Опыт мышления и приобретенный навык не пропали бы даром. Могло бы случиться то, что произошло с  Карно, открывшим свой знаменитый закон термодинамики при помощи неправильного представления о  теплоте: "представление" о сущности теплоты, как видно, не играло роли в выводе, созданном верным  пониманием реальных соотношений. Пусть же мне автор простит малое внимание, уделенное мной в этой  записке его представлениям. Ежедневная работа в области науки приучает оставлять в стороне  субъективное и выдвигать лишь объективное."
(Получено в половине ноября 1902 г.).
 

"Профессору Морозову,
Свободная высшая школа, Ст. Петербург. Дорогой сэр! Я получил Вашу статью своевременно, но, к сожалению, считаю ее неподходящей для помещения в "Новостях химии". В настоящее время это чистая спекуляция; нет никаких экспериментальных доказательств, подтверждающих эту гипотезу. Кроме того, иллюстрации трудно воспроизвести, и они требуют больших затрат.

По Вашей просьбе я посылал ее сэру Вильяму Рамзаю. Он прочитал ее и вернул мне. Если Вы хотите знать его мнение, то свяжитесь непосредственно с ним. Прилагаю к настоящему письму Вашу статью и, с благодарностью за предоставленную возможность прочитать ее,
остаюсь преданный Вам Вильям Крукс".

Цитируется по [34]. Следует сказать, что многие комментаторы в юбилейном сборнике [34] находят в работе Морозова много оригинальных и свежих для того времени идей (предвидение открытия инертных  газов, ковалентная связь, возможность превращения атомов) и осуждают ретроградов-критиков, но приводимые фрагменты свидетельствуют все о том же умозрительном и малодоказательном способе рассуждений Морозова, который С.И.Вавилов назвал фантазией. Из того, что я прочитал, мне кажется, что книга Морозова, хотя и не внесла особого вклада в науку, но все-таки сыграла существенную роль в популяризации научных знаний и идей атомизма в начале века в России.

Вот как Морозов описывает строение атомов (свою теорию Н.А.Морозов в основном строит на основании идей и праэлементов английского астрофизика Локьера).

"1 Протоатом небулезия, или архония, Z:::: по весу равен 4 единицам кислородного эталона O=16 и обладает 8 электроотрицательными пунктами сцепления, способными анионизироваться, чрезвычайно жадными к протогелию и менее жадными к щелочи и основным металлам и водороду.

2 Протоатом гелия 'X' есть диссоциировавшийся на две половинки атом современного земного гелия с весом близким к двум единицам кислородного эквивалента O=16, обладающий электроположительными пунктами сцепления к протоводороду и менее жадными к галоидам, водороду и другим валентным металлам.

3. Протоатом водорода `h имеет форму тонкой пластинки, на одной стороне которой расположен катионизирующийся, а на другой - анионизирующийся продукт сцепления. Он отличается от современного водорода только тем, что одновременно может действовать двумя пунктами своего сцепления: одним - катионизирующимся (.) и другим - анионизирующимся (-), как это и показано в его символе .h-.

... Зная веса компонент этих схем, мы легко определим путем простого их сложения атомные веса соответствующих им элементов до дробных долей единицы."

Интересен еще такой момент. Оказывается описывая строение атома по Локьеру, и заимствуя его названия  проэлементов, Морозов, похоже, "забывает" сослаться на автора идеи.

Так, исследователь творчества Морозова С.И.Вольфкович вынужден признать:
"Известно, что настойчивые попытки Н.А.Морозова опубликовать свою собственную работу по атомистике успеха не имели [21]. Неудивительно, что, будучи опубликованы лишь в 1907-1909 гг. - десятилетие спустя после открытия радиоактивности, статьи и монографии Морозова вызвали значительно меньший научный резонанс, чем тот, который они вызвали бы, появись на 10-15 лет раньше. Кроме того, возникали известные трудности в определении того, оригинальны ли были прогнозы Морозова или в данном случае имела место ассимиляция уже имевших место идей и открытий. На связь своих идей с гипотезой Локьера Н.А.Морозов по-видимому, впервые косвенно указал лишь в 1910 г." [34, c.74]

Вольфкович не обратил внимание на другой забавный факт. В 28 января 1881 года Морозов был арестован при переходе русской границы в районе Вержблова с фальшивыми документами на имя женевского студента Локьера! [34, c.17] Другое косвенное признание? Странно, что Крукс, безусловно знакомый с работами Локьера не указал на этот факт. Гипотезы Локьера были достаточно известны и оказали заметное влияние на Резерфорда.

Интерес также представляют другие "достижения" Н.А.Морозова: в лингвистике (статья "Лингвистические спектры" и ее критика известным математиком А.А.Марковым),  физике (протоколы заседаний института им Лесгафта), в историкоастрономических исследованиях.

8. Идея Морозова о том, что многие библейские описания содержат астрономическую символику, без сомнения, заслуживает пристального внимания. Книга Н.А.Морозова [41] является, пожалуй, самым интересным и проработанным его историческим произведением. Категорически не принимая морозовскую датировку написания Апокалипсиса 30 сентября 395 года, и справедливо указывая на его многочисленные исторические и филологические ошибки, а также астрономические натяжки, критики одновременно, возможно, выплескивают с водой ребенка, отказываясь видеть в описаниях Иоанна звездное небо. Современное довольно убедительное исследование астрономической символики в Апокалипсисе и других библейских книгах сделал John P. Pratt.
The Lion and Unicorn Testify of Christ, Part I: The Cornerstone Constellations
The Lion and Unicorn Testify of Christ, Part II: The Four Royal Stars

Критику построений Н.А.Морозова см.:

1. Н.П.Аксаков,  Беспредельность невежества и Апокалипсис (Краткий ответ на книгу Морозова)". -- Церковный вестник. 1908, ь 1. 2, 4.
2. Н.М.Никольский, Спор исторической критики с астрономией. По поводу книги Н. Морозова "Откровение в грозе и буре". М. 1908.
3. П.Астров, По поводу книги Н. Морозова "Откровение в грозе и буре". М. 1908;
4. В.Юнгеров, Откровение в грозе и буре. (Опыт критического разбора книги Н. Морозова). Чернигов. 1913.
5. В.А.Бронштэн, Н. А. Морозов -- предтеча творцов "новой хронологии" (Вопросы истории, N6, 1998)
9. Книга "Пророки" [42] представляется существенно менее убедительной и не удивительно, что после публикации она не вызвала такого широкого отклика как предыдущие. Разбор полученных в ней датировок см. Н.М.Никольский  Астрономический переворот в исторической науке (По поводу книги Н, А. Морозова "Христос". Л. 1924). -- Новый мир, 1925, ь 1.

10. Переиздан московским издательством "Крафт+, Леан" в 1997-2000 году.

11. А.Т.Фоменко здесь подгоняет взгляды Н.А.Морозова под свои собственные времени написания реферата (древние источники просто неверно датированы). На самом деле Н.А.Морозов большинство древних источников считал средневековыми подделками. Этот подход А.Т.Фоменко вначале горячо критиковал (см. его публикацию "К вопросу о мистификациях"), и критикует ниже, но ныне и в его публикациях он стал основным.

12. Н.А.Морозов для иллюстрации идеи неверности традиционной хронологии в своем многотомном труде "Христос" [43] привел три пары династий : наложение ранней Римской империи на позднюю и библейских израильских и иудейских царей на римских императоров западной и восточных частей Римской империи. Кроме того, Н.А.Морозов отождествлял все египетские династии между собой, и все с теми же римскими императорами, переставляемыми в произвольном порядке а также римских первых царей с римскими императорами, сгруппированными в семь блоков!

13. Странное утверждение. Естественно, что все критики единодушно оспаривали концепцию Н.А.Морозова в целом (см. В.А.Бронштэн, Н. А. Морозов -- предтеча творцов "новой хронологии" (Вопросы истории, N6, 1998), но пытались это сделать на основании разных аргументов.

14. Паранаучные идеи появлялись и появляются в любой области знаний и во все времена, даже в научной среде и даже у известных ученых (в этом случае их часто называют сверхценными идеями). Из трех перечисленных "предтеч" новой хронологии более ли менее известен лишь один - Жан Гардуин.

Сначала информация для любителей заговоров, тайн и сенсаций:

    Jean Hardouin
Jean Hardouin (1646-1729) was a scholar of classical literature. In 1685 he published an edition of Pliny's Natural History. There was nothing unusual about the edition itself, which was considered to be of merit and very well edited. What was unusual was that despite being so knowledgeable about classical literature, Hardouin had very strange ideas about its origins. According to Hardouin, the majority of classical Greek and Roman literature had not been produced by Greek and Roman authors. Instead, it had been forged during the Middle Ages by a group of Benedictine monks. He also argued that all extant Greek and Roman coins were forgeries. He never revealed why such a vast deception had occurred. He only declared, elliptically, that when he died the reason would be found written on a piece of paper the size of his hand. The reason, unfortunately, was never found.

References:
Mencken, Johann Burkhard. The Charlatanry of the Learned. (De charlataneria eruditorum, 1715). Translated from the German by Francis E. Litz, with notes and an introduction by H. L. Mencken. "First edition." New York, London, A.A. Knopf, 1937.

[Жан Гардуин (1546-1729) был специалистом по классической литературе. В 1685 году он подготовил издание  "Естественной истории" Плиния. В этом издании, которое сочли весьма полезным и  хорошо отредактированным, не было ничего необычного,.  Необычно было то, что несмотря на то, что Гардуин так хорошо знал классическую литературу, он имел весьма странные идеи о ее происхождении. Согласно Гардуину, большая часть греческой и римской литературы была создана не греческими и римскими авторами, а сфальсифицированна группой бенедиктинских монахов в средние века.  Он также утверждал, что все существующие греческие и римские монеты были подделками. Он никогда не объяснял, как мог произойти такой глобальный обман. Он лишь намекал, что когда умрет причина будет найдена, написанная на клочке бумаги размером с ладонь. Причина, к сожалению, так и не была найдена.]

Любителям академического стиля предлагаю статью из энциклопедии

Из нее все равно не ясен, характер сомнений Жана Гардуина, и почему отдельные произведения античности он считал подлинными, а в других сомневался?

А может ответ кроется здесь?

"So unlikely did it seem to the learned Jesuit, Jean Hardouin (1646-1729),  that a man could prefer males to females that he came to the conclusion that  male homosexuality had been invented by the Christians to permit monasticism.  To maintain this thesis he had, of course, to shovel away a mountain of  evidence, and he did so by the desperate expedient of claiming that all  ancient literature that mentioned or alluded to homosexuality had been forged  by the Christians to make their perversion seem respectable. (See especially his "Prolegomena ad censuram veterum scriptorum" (Paris, 1696).)"

[ученому иезуиту Жану Гардуину (1646-1729) казалось настолько сомнительным то, что мужчины могут предпочитать женщинам мужчин, что он пришел к заключению, что мужская гомосексуальность была изобретена христианами, чтобы допустить монашество. Чтобы сохранить этот тезис, ему, конечно, необходимо было отвести горы свидетельств, и он это сделал это с помощью отчаянной уловки, объявив, что вся античная литература, которая упоминает или намекает на гомосексуальность была сфальсифицированна христианами, чтобы сделать более уважаемым свое извращение. (См. в особенности его "Prolegomena ad censuram veterum scriptorum" (Paris, 1696).]

Такой "неопровержимый" аргумент отец Гардуин вполне мог и на клочке бумаги в ладонь уместить.

Вот как слегка пнул Гардуэна Монтескье: Шарль Монтескье "О духе законов", Книга 30.
"Аббат Дюбо, которому в соответствии с его теорией нужно было, чтобы вестготы платили налоги, оставляет в стороне буквальный и внутренний смысл закона и открывает, единственно силой собственной фантазии, что в промежуток вре-мени между водворением готов и появлением этого закона произошло увеличение налогов, распространившееся на одних только римлян. Но столь произвольное обращение с фактами дозволяется только одному о. Гардуину."

Забавно, что одного иезуита - Дионисия Петавиуса Новая Хронология числит в заговорщиках, а другого - в заговорораскрывателях. Что же это они у себя в обществе Иисуса при всей своей железной орденской дисциплине договориться не смогли?

15. Удержаться на этой позиции (см. также примечание 11) А.Т.Фоменко не удалось. Убедившись, что количество документов и фактов, противоречащих его "новой хронологии" не поддается исчислению, он решил отказаться не от этой "новой хронологии", а от этих документов и фактов. Тем самым "новая хронология" превращается в рядовую теорию заговора.
"Наш анализ хронологии и истории вскрыл поразительное обстоятельство. На основе примененных нами математических методов было доказано, что скалигеровская хронология, а  следовательно и скалигеровская история древности и средневековья, в корне неверна. Более того, оказалось, что наша история  вплоть до конца XVI века была сознательно фальсифицирована в эпоху XVII-XVIII веков. Подробнее о том, как это было сделано, мы расскажем ниже. Этому мы посвятили отдельную главу. Здесь же мы хотим отметить следующее. Фальсификация истории в XVII-XVIII веках сопровождалась поиском и уничтожением тех документов, которые правдиво рассказывали о прошлом. В первую очередь, это касалось недавнего прошлого XV-XVI веков, память о которых уничтожалась особенно тщательно. Эта деятельность продолжалась с неослабевающей силой почти двести лет. Это - достаточный срок для уничтожения всех КРУПНЫХ текстов, которые могли бы рассказать нам о подлинном прошлом. Поэтому сегодня мы не можем надеяться, что в наши руки попадет какая-либо подробная летопись, написанная очевидцем событий XVI века." [Г.В.Носовский, А.Т.Фоменко. Реконструкция всеобщей истории. (Новая хронология). - Москва, Финансово издательский дом "Деловой экспресс", 1999, Глава 2; см. также Глава 12. Фальсификация истории в XVII-XVIII веках там же].

16. Такие "волны огульного освистывания в попытке как можно сильнее исказить смысл и результаты исследования Морозова" существуют лишь в воображении А.Т.Фоменко.

17. Вся последующая приведенная Фоменко переписка свидетельствует вовсе не о яростном противодействии публикации, а об умелом задействовании Н.А.Морозовым административного ресурса и революционных связей для проталкивании в печать своего сомнительного труда в трудное для страны время.

Вот два письма В.И.Ленина, касающихся обращения к нему Н.А.Морозова.
"Л.А.Фотиевой 15/VIII.
Ответьте ему письмом, что меня в Москве не было, что я болен. Прочел его письмо и попрошу Луначарского повидаться с ним.15/VIII.1921" [ПСС В.И.Ленина, т.53, с.121].
[Речь идет о Н.А.Морозове, который в письме В.И.Ленину просил принять его, а также оказать содействие в публикации его книги "Христос". По этому поводу см. также настоящий том, документ 213., с.121]
"213. Л.А.Фотиевой 19/VIII.
Лид. Ал.! Это не то. Я просил найти старый другой отзыв. Надите и пришлите это еще раз вместе со старым отзывом (Покровского? Не помню, чей это был отзыв). 19.08.1921." [Там же, с.130].
[Речь идет об отзыве А.В.Луначарского на рукопись книги Н.А.Морозова книги "Христос", в котором он возражал против издания книги. Позднее Луначарский отозвался о ней как ненаучной.] [Там же, с.403].

Интересно, что в этом же письме Н.А.Морозов, предлагает и реформу русской орфографии с заменой точки на пятиконечную звезду и упразднением заглавных букв. Подробнее о переписке с Лениным, Луначарским и Дзержинским см. Н.А.Морозов,  Новый взгляд на историю русского государства, М., Крафт+Леан, 2000, с.669-681.

18. Опубликован в 2000-ом году московским издательством "Крафт+, Леан" и революции в общественном сознании не произвел.

19. Довольно типичная для представителей школы НХ позиция безответственного обвинителя. При этот не обвинитель должен строго доказывать свои обвинения, а обвиняемый сам должен доказывать доказывать свою невиновность. При этом обвинения защиты в недобросовестности обвинения отметаются и не рассматриваются.

20. Неконкретные обвинения оппонентов в передергивании фактов является простой демагогией и именно передергиванием актов. Морозова никто и никогда "вне закона" не объявлял. Читать рассуждения о том, что кого-то после таких объявлений в сталинские времена оставался жив (и получал регулярно ордена добавлю) просто грустно. Пусть читатель задумается над тем, что означал выход немалого по объему семитомника многотысячным тиражом (первый том даже двумя изданиями)  в 1924-1932-х годах, даже если последний том вышел тиражом в 1100 экземпляров (кстати, вполне обычный тираж для научных изданий в наше время). Трудно здесь удержаться и не отметить, что в то же время,  все, оставшиеся в живых,  коллеги Морозова по астрономическому отделению (М.А.Вильев безвременно скончался в 1919 году от воспаления легких), подверглись репрессиям (Н.М.Штауде, Д.О.Святский, Н.И.Идельсон) надеюсь все-таки не из-за того, что не разделяли исторических воззрений своего директора. Как сообщил известный историк астрономии В.А.Бронштэн, все призывы о помощи, находящийся в фаворе властей Н.А.Морозов игнорировал, а на письме своего многолетнего соавтора Н.М.Штауде его директорская рука начертала: "Хороший работник, но - дура". Музей Морозова в Борках никто и никогда не закрывал (мне неизвестен в советской истории другой пример, когда кому-то еще после революции было возвращено фамильное имение), а  в 1982 году, к его 125-летию был выпущен весьма панегирический сборник [34], где следов "замалчивания" исторических изысканий не обнаружено. Первые книги многотомника "Христос" и критические статьи я совершенно свободно прочитал в Библиотеке Ленина еще будучи аспирантом. В наше время издательство "Крафт+, Леан" напечатало "Христос" еще раз, и о недоступности идей Морозова широким массам можно больше не волноваться.

21. Как указано выше, издательство "Крафт+, Леан" в 1997-2000 году переиздало семитомник Морозова в восьми книгах и впервые напечатало 8-й том, посвященный русской истории (самый легковесный и малоубедительный даже по мнению почитателей Н.А.Морозова).